Является ли атака БПЛА форс-мажором для бизнеса

Атака БПЛА и форс-мажор: что говорит закон

Непреодолимой силой признаются обстоятельства, обладающие двумя признаками одновременно — чрезвычайностью и непредотвратимостью (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Обстоятельствами непреодолимой силы освобождаются от ответственности, только если доказаны оба признака сразу — не один из них. Пленум Верховного Суда РФ (постановление от 24.03.2016 № 7) конкретизировал оба критерия:

• чрезвычайность — исключительность обстоятельства, то, что его наступление не является обычным в конкретных условиях;
• непредотвратимость — оценивается не по возможностям конкретной компании, а по объективным возможностям любого участника оборота, ведущего аналогичную деятельность, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Оба признака должны присутствовать одновременно — отсутствие хотя бы одного означает, что непреодолимой силы в юридическом смысле нет. И здесь же — важное исключение, которое часто упускают: согласно тому же п. 3 ст. 401 ГК РФ, отсутствие у должника денежных средств, падение выручки из-за простоя, блокировка счетов или неисполнение обязательств третьими лицами форс-мажором не признаются никогда. Если компания должна перечислить деньги — за товар, кредит, аренду, — атака БПЛА сама по себе от этой обязанности не освобождает.

Признание атаки БПЛА форс-мажором: позиция судов

Ключевой аргумент, который сейчас последовательно выдвигается против признания атак БПЛА форс-мажором, — их систематичность. Атаки на промышленные и складские объекты регулярно фигурируют в сводках уже несколько лет, и это подрывает именно признак чрезвычайности: суду сложнее согласиться с тем, что конкретная атака была для данной местности и рода деятельности чем-то экстраординарным, а не рядовым риском в текущих условиях.

Показательный пример — решение Арбитражного суда г. Москвы от 13.02.2026 по делу № А40-273758/25-39-2561, связанному с атакой БПЛА на склад ГСМ. Суд указал, что атаки БПЛА на подобные объекты происходят регулярно с начала СВО, при этом ответчик не принял мер по защите — не установил технические средства защиты и не застраховал ответственность с покрытием по риску «терроризм и диверсия». Логика суда показательна: систематический характер атак сам по себе стал доводом против признания их чрезвычайными, а отсутствие физической защиты и профильного страхования суд расценил как самостоятельное — не зависящее от квалификации самой атаки — основание для отказа в освобождении от ответственности, поскольку компания не приняла все необходимые меры для защиты объекта (ст. 891 ГК РФ).

Ответственность хранителя и перевозчика при атаке БПЛА

Если компания хранит, перевозит или экспедирует чужой товар, к ней применяется отдельный и весьма жесткий стандарт ответственности.
Профессиональный хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещи, если не докажет, что это произошло вследствие непреодолимой силы, свойств самой вещи либо умысла или грубой неосторожности поклажедателя (абз. 2 п. 1 ст. 901 ГК РФ). Перечень оснований для освобождения закрытый — это фактически ответственность без вины: ссылки на то, что персонал сделал «все возможное», сами по себе не работают, если событие не признано непреодолимой силой. При этом хранитель обязан принять все меры для сохранности вещи, предусмотренные договором, а если они не прописаны или прописаны неполно — меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства (п. 1 ст. 891 ГК РФ).

Эта норма императивна: судебная практика (в том числе постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 № 3352/12 и последующие постановления судов округов) последовательно исходит из того, что специальные основания ответственности профессионального хранителя не могут быть смягчены договором хранения. Работает это в обе стороны: «мягкие» для хранителя формулировки об ответственности только за вину не дают абсолютной защиты — контрагент вправе настаивать на прямом применении ст. 901 ГК РФ, а освобождение от ответственности за атаку БПЛА возможно только через доказывание непреодолимой силы по правилам ст. 401 ГК РФ, а не через договорные оговорки о форс-мажоре, которые сами по себе суд не связывают.

Для перевозчика действует близкий по строгости стандарт: он отвечает за несохранность груза, если не докажет, что утрата или повреждение произошли вследствие обстоятельств, которые он не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело (ст. 796 ГК РФ). Ответственность экспедитора определяется по общим правилам главы 25 ГК РФ и профильного закона о транспортно-экспедиционной деятельности (ст. 803 ГК РФ), которые в ряде случаев отсылают к ответственности перевозчика.

Уведомление контрагента о форс-мажоре БПЛА: критичный срок

Подавляющее большинство коммерческих договоров содержит условие: сторона обязана уведомить контрагента о форс-мажоре в течение нескольких рабочих дней с момента его возникновения, с приложением подтверждающих документов, а неуведомление лишает права ссылаться на непреодолимую силу. На практике типичная ошибка выглядит так: руководство сначала месяц занимается ликвидацией последствий, а уведомление о форс-мажоре направляет позже. Суды в таких спорах руководствуются принципом свободы договора и взыскивают неустойки в полном объеме, даже если по существу событие могло бы претендовать на статус непреодолимой силы.

Заключение ТПП о форс-мажоре БПЛА

Официальное подтверждение непреодолимой силы со стороны Торгово-промышленной палаты — весомое доказательство в споре, но здесь есть нюанс, который постоянно путают. Сертификат о форс-мажоре ТПП России выдает исключительно по внешнеэкономическим контрактам. Для договоров между российскими компаниями нужно обращаться не в ТПП России, а в региональную торгово-промышленную палату — за заключением об обстоятельствах непреодолимой силы. Это тот же по сути механизм защиты, но с другим названием документа и другим адресатом заявления; обращение не по адресу просто затягивает сроки.

Ссылки на новость в СМИ об атаке в регионе для получения заключения недостаточно — палата требует доказанную прямую причинно-следственную связь между конкретным ударом БПЛА и невозможностью исполнить конкретное обязательство. Если атака повредила объект контрагента-поставщика, а не самого должника по договору (продавца, подрядчика, исполнителя), шансы на признание форс-мажора для самого должника обычно невелики: ответственность за нарушение обязательств контрагентом должника форс-мажором не считается (п. 3 ст. 401 ГК РФ), хотя каждый случай оценивается индивидуально.

Документы для подтверждения форс-мажора БПЛА

Для обращения в ТПП (или региональную палату), а также для последующего спора с контрагентом или в суде пригодится пакет документов:

• копии договоров, обязательства по которым сорваны атакой;
• справка от МЧС либо постановление следственных органов о возбуждении дела (или материал проверки) по факту происшествия — включая, где это уместно, постановление по признакам теракта или диверсии, которое служит весомым доказательством внешнего характера события;
• официальная информация и сводки о зафиксированной атаке БПЛА в данном районе и в соответствующее время;
• акт о происшествии, составленный по возможности с участием нескольких служб и независимых лиц (МЧС, полиция, арендодатель, свидетели) — односторонний акт самой пострадавшей компании суд оценивает наряду с другими доказательствами, а не как безусловное подтверждение;
• фото- и видеофиксация повреждений, сделанная до перемещения, разбора или уборки — желательно круговая, до начала любых восстановительных работ;
• инвентаризационные акты остатков товара «до» и «после» события, по возможности — с привязкой к конкретным партиям и контрагентам;
• доказательства прямой причинно-следственной связи между атакой и невозможностью исполнить именно то обязательство, о котором идёт речь.

Внутренний регламент реагирования на такие происшествия, закрепленный заранее и доведенный до персонала складов и объектов, — сам по себе дополнительный довод в пользу того, что компания действовала как разумный и осмотрительный участник оборота, а это прямо влияет на оценку непредотвратимости. Подробнее о превентивных мерах — в нашей статье «Что делать бизнесу после атаки БПЛА».

Отдельные случаи регулируются иначе:

• если в результате атаки исполнение стало объективно невозможным навсегда (например, уничтожены производственные мощности, без которых поставка физически невозможна), обязательство прекращается невозможностью исполнения (ст. 416, 417 ГК РФ);
• если обстоятельства изменились существенно, но не настолько, чтобы исполнение стало невозможным, стороны могут изменить или расторгнуть договор по ст. 451 ГК РФ — через допсоглашение или в судебном порядке.

Защита от включения в реестр недобросовестных поставщиков (РНП) по 44-ФЗ и 223-ФЗ при атаке БПЛА

Для поставщиков по государственным и муниципальным контрактам вопрос стоит особенно остро: односторонний отказ заказчика от контракта из-за срыва поставки может повлечь включение сведений о поставщике в реестр недобросовестных поставщиков (РНП). Законодательство о закупках (44-ФЗ и 223-ФЗ) освобождает поставщика от штрафов и от направления сведений в РНП, если нарушение вызвано непреодолимой силой. На практике предоставление заключения ТПП и справок МЧС в комиссию антимонопольной службы — весомое основание для того, чтобы избежать включения в реестр при одностороннем отказе заказчика от контракта. Именно поэтому получение заключения ТПП и сбор подтверждающих документов имеет смысл не только для гражданско-правового спора с контрагентом, но и для защиты репутации компании как участника закупок.

Суброгационный риск: почему страховка контрагента не снимает ответственность

При атаке беспилотника в дело часто вовлечены не только должник и его прямой контрагент, но и страховщики обеих сторон. Если по договору товар страхует заказчик, а не хранитель или перевозчик, это не освобождает последнего от собственной ответственности за утрату или повреждение товара. Страховщик заказчика, выплатив ему возмещение, получает право требования к лицу, ответственному за убытки, — это суброгация (ст. 965 ГК РФ). Страховка контрагента избавляет хранителя или перевозчика от прямого иска с его стороны, но не от денежных требований вообще: просто вместо заказчика в дело вступит его страховая компания — и, как правило, с более сильной доказательной позицией.

Поскольку ответственность хранителя строится на безвиновном стандарте (см. выше), суброгационный риск сохраняется почти всегда, кроме случаев доказанного форс-мажора. Поэтому хранителям, перевозчикам и экспедиторам имеет смысл страховать собственную ответственность независимо от того, застрахован ли товар со стороны контрагента, и проверять, что полис покрывает все объекты, где фактически находится товар.

Что сделать бизнесу уже сейчас

• Утвердить внутренний регламент реагирования на такие происшествия: сроки фиксации времени и обстоятельств события, фото- и видеофиксации до уборки, составления акта с привлечением независимых лиц, сверки остатков, уведомления контрагентов и страховщика по каждому договору.
• Проверить физическую защиту объектов — дело № А40-273758/25-39-2561 показывает, что отсутствие средств защиты и профильного страхования суд может расценить как несоблюдение обязанности принять меры для сохранности имущества.
• Свериться со сроками уведомления о форс-мажоре в каждом действующем договоре — они различаются, и держать их в голове вместо таблицы рискованно.
• Отдельно застраховать собственную ответственность — хранителя, перевозчика, экспедитора, — не полагаясь на страховку контрагента, именно из-за суброгационного риска.

Чем мы можем помочь

Судебная практика по атакам БПЛА пока только складывается, и часто не в пользу бизнеса — поэтому в каждом конкретном случае важно разбираться отдельно, а не полагаться на общие представления о форс-мажоре. Мы помогаем компаниям на всех этих этапах:

• Консультация по конкретной ситуации. Разбираем обстоятельства вашего случая, оцениваем реальные шансы на признание события форс-мажором и риски — как для конкретного договора, так и для компании в целом.
• Разработка и актуализация локальных нормативных актов. Готовим или пересматриваем инструкции по безопасности, регламенты реагирования на происшествия и внутренние процедуры — так, чтобы в случае атаки у компании уже был готовый порядок действий и доказательная база собиралась правильно с первого часа.
• Аудит страхового покрытия. Проверяем действующие полисы на предмет того, покрывают ли они риск попадания БПЛА и его обломков, достаточны ли лимиты выплат и какие условия нужно соблюдать, чтобы не потерять право на покрытие.
• Уведомление контрагентов и работа с ТПП. Готовим уведомления о форс-мажоре в срок, установленный конкретным договором, и сопровождаем обращение в ТПП России или региональную палату за сертификатом или заключением об обстоятельствах непреодолимой силы.
• Сопровождение споров. Представляем интересы компании в споре со страховой компанией, с контрагентом по вопросу неустоек и убытков, а также при защите от включения в реестр недобросовестных поставщиков в антимонопольной службе.

Поделиться в социальных сетях:

Людмила Шадрина

Управляющий партнер

10 лет опыта

более 300 выигранных дел

Автор статьи

121 публикация на сайте

Подробнее о специалисте